Тебя благодарю за нелюбовь, за ровный пульс, спокойное дыхание,
за то, что не волнуешь мою кровь,
не ждешь теперь мое признание.
За то, что не тебя мне рисовать,
при этом равнодушным притворяться,
что не со мной ложишься ты в кровать
и не с тобой мне утром просыпаться.
Ты спишь давно, а я стою под душем и колет кожу струйки ледяные.
Был трудный день, потом приятный ужин, но все же мы давно чужие.
Я теперь болею нелюбовью.
Я теперь болею безразличием.
Я теперь тактичен и приличен.
И я стал не так категоричен.
Я вполне доволен этой ролью.
Я теперь болею нелюбовью.
За это я признателен, поверь.
За то, что мы чужие. Это к счастью.
Не ты теперь мне открываешь дверь,
не надо мной ты обладаешь властью.
Тебя за нелюбовь благодарю,
за кофе, не разбавленный слезами.
Еще за все спасибо февралю,
нам объяснившему, что было с нами.
Ты спишь давно, а я стою под душем, и колет кожу струйки ледяные.
Был трудный день, потом приятный ужин.
Но все же мы давно чужие.
за то, что не волнуешь мою кровь,
не ждешь теперь мое признание.
За то, что не тебя мне рисовать,
при этом равнодушным притворяться,
что не со мной ложишься ты в кровать
и не с тобой мне утром просыпаться.
Ты спишь давно, а я стою под душем и колет кожу струйки ледяные.
Был трудный день, потом приятный ужин, но все же мы давно чужие.
Я теперь болею нелюбовью.
Я теперь болею безразличием.
Я теперь тактичен и приличен.
И я стал не так категоричен.
Я вполне доволен этой ролью.
Я теперь болею нелюбовью.
За это я признателен, поверь.
За то, что мы чужие. Это к счастью.
Не ты теперь мне открываешь дверь,
не надо мной ты обладаешь властью.
Тебя за нелюбовь благодарю,
за кофе, не разбавленный слезами.
Еще за все спасибо февралю,
нам объяснившему, что было с нами.
Ты спишь давно, а я стою под душем, и колет кожу струйки ледяные.
Был трудный день, потом приятный ужин.
Но все же мы давно чужие.