Кто-то пашет без выходных, чтоб семья не голодала, кто-то в зеркало глядит и не узнает себя.
Кто-то потерял родных, кто-то все, что наживал.
Кто-то просто стал чужим среди знакомых и друзей.
Цены вверх, зарплата вниз. Снова нечем закрывать.
Ночью мысли не дают даже глаз своих сомкнуть.
Днем привычное "держись". Ночью хочется кричать.
Но мужчинам почему-то не положено тонуть.
У подъезда кто-то курит, прячет взгляд в сырой асфальт.
У кого-то дома дети, у кого-то пустота.
Кто-то в жизни проиграл, но не хочет признавать.
Кто-то столько раз вставал, что устала даже спина.
Мы бежим куда-то, вечно забывая, для чего.
Гонимся за цифрой в банке, теряем время и тепло.
А когда беда приходит, вдруг становится виднее, кто с тобою был по жизни, а кто только рядом грелся.
И скажи мне, брат, ну сколько можно?
Сколько боли прятать за словами?
Мы ведь не железные, не боги.
Мы живые, мы устаем на-
Кто-то потерял родных, кто-то все, что наживал.
Кто-то просто стал чужим среди знакомых и друзей.
Цены вверх, зарплата вниз. Снова нечем закрывать.
Ночью мысли не дают даже глаз своих сомкнуть.
Днем привычное "держись". Ночью хочется кричать.
Но мужчинам почему-то не положено тонуть.
У подъезда кто-то курит, прячет взгляд в сырой асфальт.
У кого-то дома дети, у кого-то пустота.
Кто-то в жизни проиграл, но не хочет признавать.
Кто-то столько раз вставал, что устала даже спина.
Мы бежим куда-то, вечно забывая, для чего.
Гонимся за цифрой в банке, теряем время и тепло.
А когда беда приходит, вдруг становится виднее, кто с тобою был по жизни, а кто только рядом грелся.
И скажи мне, брат, ну сколько можно?
Сколько боли прятать за словами?
Мы ведь не железные, не боги.
Мы живые, мы устаем на-