На северной границе гуляет ветер и сола
Империя не спит спокойно долгие века.
Сквозь серые туманы, через стылые
Холмы, идёт орда чужая на земле южной стороны.
На башнях бьют наба, рвётся
Утренний туман.
Над валом поднимают
Окровавленный штандарт.
На каменной дороге, там, где стынет
Гарнизон, встаёт стеною копий наш драконалегион
Держать рубеж любой ценой, пока не пал
Ещё наш строй.
Пусть своит
Степь враг силён, но не отступит.
Легион
Гремит палатам вражей шквал.
Никто из наших не бежал.
И если смерть
Уже близка, пусть рубит твёрдая рука
Центурион без страха поднял меч над
Головой, и строй пошёл по грязи, как единый зверь стальной.
Ни
Крикарёв приказа, ни шака, а тяжкий гром.
В глазах у нас нет страха
Империя не спит спокойно долгие века.
Сквозь серые туманы, через стылые
Холмы, идёт орда чужая на земле южной стороны.
На башнях бьют наба, рвётся
Утренний туман.
Над валом поднимают
Окровавленный штандарт.
На каменной дороге, там, где стынет
Гарнизон, встаёт стеною копий наш драконалегион
Держать рубеж любой ценой, пока не пал
Ещё наш строй.
Пусть своит
Степь враг силён, но не отступит.
Легион
Гремит палатам вражей шквал.
Никто из наших не бежал.
И если смерть
Уже близка, пусть рубит твёрдая рука
Центурион без страха поднял меч над
Головой, и строй пошёл по грязи, как единый зверь стальной.
Ни
Крикарёв приказа, ни шака, а тяжкий гром.
В глазах у нас нет страха