У святого храма
плачет горькою слезою мама.
В сердце боль не гаснет
и в душе не заживает рана.
У святого храма плачет горькою слезою мама.
В сердце боль не гаснет и в душе не заживает рана.
У икон, рыдая, на коленях, молится за сына,
за судьбу шальную. Господи, прости его, молила.
Как-то тёмной ночью ждала мама сын домой вернётся,
но в груди тревожно сердце материнское бьётся.
Вдруг услышав шорох, подошла к окну мать родная.
И увидев сына на пороге, кровью истекая.
Боже, что случилось? За что тебя, сыночек, избивали?
Почему, родимый, почему тебя так наказали?
Прости меня, мама. Видел я, как ты переживала.
Ты на хлеб копила, сама не ела, а меня кормила.
Не рождён я вором. Грабить я залез в дом прокурора.
Но не смог я, мама, ждёт меня тюрьма многодана.
В день суда решают, сколько лет лишить свободы парня.
Мать в слезах рыдает, а судья приговор читает.
Приговорите строго! Воскликнула семья прокурора.
Сам прокурор не знает, что судят сына своего родного.
И громкий крик из зала. Подождите, прокричала мама.
В зале все умолкли. Прокурору мать тогда сказала.
плачет горькою слезою мама.
В сердце боль не гаснет
и в душе не заживает рана.
У святого храма плачет горькою слезою мама.
В сердце боль не гаснет и в душе не заживает рана.
У икон, рыдая, на коленях, молится за сына,
за судьбу шальную. Господи, прости его, молила.
Как-то тёмной ночью ждала мама сын домой вернётся,
но в груди тревожно сердце материнское бьётся.
Вдруг услышав шорох, подошла к окну мать родная.
И увидев сына на пороге, кровью истекая.
Боже, что случилось? За что тебя, сыночек, избивали?
Почему, родимый, почему тебя так наказали?
Прости меня, мама. Видел я, как ты переживала.
Ты на хлеб копила, сама не ела, а меня кормила.
Не рождён я вором. Грабить я залез в дом прокурора.
Но не смог я, мама, ждёт меня тюрьма многодана.
В день суда решают, сколько лет лишить свободы парня.
Мать в слезах рыдает, а судья приговор читает.
Приговорите строго! Воскликнула семья прокурора.
Сам прокурор не знает, что судят сына своего родного.
И громкий крик из зала. Подождите, прокричала мама.
В зале все умолкли. Прокурору мать тогда сказала.