Точка невозврата пройдена.
Система жизнеобеспечения критически повреждена.
Прежние алгоритмы мертвы.
Запускаю протокол возрождения.
Правда и доблесть разбиты на части.
Мир разрывают голодные пасти.
В пыльной грязи погребенная совесть.
Так завершается старая повесть.
Чтобы собрать все живое из праха, нам нужен контур без боли и страха.
Вытащить мир из глухих лабиринтов, склеить реальность без волчьих инстинктов.
Новый каркас из обломков и стали, чтобы в руинах мы не исчезали.
Либо мы строим надежный маршрут, либо все в этой грязи умрут.
Где-то во мраке сияет наш путь.
Истины эхо не даст нам свернуть.
Слепо вцепился в нас гибнущий мир.
Тянет за нами смертельный пунктир.
Но, истерзавшись до самого тла, с болью душа примириться смогла.
Вырвав судьбу из холодных оков, рвусь за тобой в центр этих боев.
Рвусь за тобой
в центр этих боев. Фальшивые лица, пустые бравады.
Мы видим насквозь все чужие фасады.
Ваш грунт проседает, ваш рушится трон.
Система жизнеобеспечения критически повреждена.
Прежние алгоритмы мертвы.
Запускаю протокол возрождения.
Правда и доблесть разбиты на части.
Мир разрывают голодные пасти.
В пыльной грязи погребенная совесть.
Так завершается старая повесть.
Чтобы собрать все живое из праха, нам нужен контур без боли и страха.
Вытащить мир из глухих лабиринтов, склеить реальность без волчьих инстинктов.
Новый каркас из обломков и стали, чтобы в руинах мы не исчезали.
Либо мы строим надежный маршрут, либо все в этой грязи умрут.
Где-то во мраке сияет наш путь.
Истины эхо не даст нам свернуть.
Слепо вцепился в нас гибнущий мир.
Тянет за нами смертельный пунктир.
Но, истерзавшись до самого тла, с болью душа примириться смогла.
Вырвав судьбу из холодных оков, рвусь за тобой в центр этих боев.
Рвусь за тобой
в центр этих боев. Фальшивые лица, пустые бравады.
Мы видим насквозь все чужие фасады.
Ваш грунт проседает, ваш рушится трон.