Такая приятная гроза,
и дома пахнет свежим хлебом. Наши влюбленные закрытые глаза под открытым небом.
И мы либо сошли с ума,
либо сошли с экрана. Мы как иллюзия, обман,
фата-моргана. Весь этот мир выключает фонари.
И включает телефон с закатными строками.
Весь этот мир отвернулся от любви.
Милая, мы сделаем что-то, это изменить.
Весь этот мир выключает фонари.
И включает телефон с закатными строками.
Весь этот мир отвернулся от любви.
Милая, мы сделаем что-то, это изменить.
Черные кеды, белые носки. Бежим счастливые, как дети.
Мы в черном списке у тоски.
Люби, целуй, ложи.
И как бы ни был счастлив я,
осталось два вопроса: насколько глубоки твои глаза, насколько длинны косы?
Весь этот мир выключает фонари.
И включает телефон с закатными строками.
Весь этот мир отвернулся от любви.
Милая, мы сделаем что-то, это изменить.
Весь этот мир выключает фонари.
И включает телефон с закатными строками.
Весь этот мир отвернулся от любви.
Милая, мы сделаем что-то, это изменить.
и дома пахнет свежим хлебом. Наши влюбленные закрытые глаза под открытым небом.
И мы либо сошли с ума,
либо сошли с экрана. Мы как иллюзия, обман,
фата-моргана. Весь этот мир выключает фонари.
И включает телефон с закатными строками.
Весь этот мир отвернулся от любви.
Милая, мы сделаем что-то, это изменить.
Весь этот мир выключает фонари.
И включает телефон с закатными строками.
Весь этот мир отвернулся от любви.
Милая, мы сделаем что-то, это изменить.
Черные кеды, белые носки. Бежим счастливые, как дети.
Мы в черном списке у тоски.
Люби, целуй, ложи.
И как бы ни был счастлив я,
осталось два вопроса: насколько глубоки твои глаза, насколько длинны косы?
Весь этот мир выключает фонари.
И включает телефон с закатными строками.
Весь этот мир отвернулся от любви.
Милая, мы сделаем что-то, это изменить.
Весь этот мир выключает фонари.
И включает телефон с закатными строками.
Весь этот мир отвернулся от любви.
Милая, мы сделаем что-то, это изменить.