Она давно не верит громким обещаниям,
не ждёт звонка от тех, кто любит исчезать.
Она читает правду не по признаниям,
по тем, кто остаётся, когда нечего сказать.
Она не стала злой, лишь выбрала границы,
чтоб снова не терять себя в чужой игре.
Под сдержанностью сердце продолжает биться,
но дверь открыта далеко не всем теперь.
Если кто-то рядом, пусть не требует ответа, не торопит чувства, не считает каждый шаг.
Она сама поймёт, когда душа согрета, и кто пришёл любить, а кто пришёл на час.
Она с характером, но сердце не из льда.
Ей тоже хочется плеча и тишины.
Не обещай ей вечность, просто будь всегда, когда особенно темны её пути.
Не покоряй её, не требуй быть другой, не ставь ей испытаний на пути.
Побудь с ней рядом, честный и живой,
и, может быть,
не ждёт звонка от тех, кто любит исчезать.
Она читает правду не по признаниям,
по тем, кто остаётся, когда нечего сказать.
Она не стала злой, лишь выбрала границы,
чтоб снова не терять себя в чужой игре.
Под сдержанностью сердце продолжает биться,
но дверь открыта далеко не всем теперь.
Если кто-то рядом, пусть не требует ответа, не торопит чувства, не считает каждый шаг.
Она сама поймёт, когда душа согрета, и кто пришёл любить, а кто пришёл на час.
Она с характером, но сердце не из льда.
Ей тоже хочется плеча и тишины.
Не обещай ей вечность, просто будь всегда, когда особенно темны её пути.
Не покоряй её, не требуй быть другой, не ставь ей испытаний на пути.
Побудь с ней рядом, честный и живой,
и, может быть,