Ты стояла у двери в пальто, поправляла ремешок на часах.
Я пытался придумать слова, но устал угадывать их в глазах.
На полке пара обуви, на плите остывал ужин.
Мы прожили так много лет, но сегодня
Молчали, как чужие.
Ты спросила, мне вызвать такси?
Я кивнул, не глядя в ответ.
Столько раз мы боялись уйти, а теперь не осталось причин.
Щёлкнул замок и подъезд забрал твои
Тихие шаги.
Я стоял посреди комнаты, не пытаясь тебя возвратить.
Не всегда нужен громкий финал, не всегда кто-то должен быть прав.
Иногда две уставшие души просто больше
Не смотрят назад.
Я открыл дверь, чтобы проветрить, впустил холодный ночной воздух.
На коврике осталась пылинка, где стояла
Твоя небольшая сумка.
Я убрался, помыл две тарелки, выбросил всё, в коридоре
Всё выглядело так же, как раньше, но иначе звучало пространство.
Я не стал звонить твоей маме, не искал объяснений у друзей, но мне не нужно свидетелей, чтобы
Признать, что всё стало сложней.
Я присел у окна до рассвета, слушал город и редкий трамвай, не просил у судьбы повторений, не пытался вернуть.
Не всегда нужен громкий финал, не всегда кто-то должен быть прав.
Иногда две уставшие
Я пытался придумать слова, но устал угадывать их в глазах.
На полке пара обуви, на плите остывал ужин.
Мы прожили так много лет, но сегодня
Молчали, как чужие.
Ты спросила, мне вызвать такси?
Я кивнул, не глядя в ответ.
Столько раз мы боялись уйти, а теперь не осталось причин.
Щёлкнул замок и подъезд забрал твои
Тихие шаги.
Я стоял посреди комнаты, не пытаясь тебя возвратить.
Не всегда нужен громкий финал, не всегда кто-то должен быть прав.
Иногда две уставшие души просто больше
Не смотрят назад.
Я открыл дверь, чтобы проветрить, впустил холодный ночной воздух.
На коврике осталась пылинка, где стояла
Твоя небольшая сумка.
Я убрался, помыл две тарелки, выбросил всё, в коридоре
Всё выглядело так же, как раньше, но иначе звучало пространство.
Я не стал звонить твоей маме, не искал объяснений у друзей, но мне не нужно свидетелей, чтобы
Признать, что всё стало сложней.
Я присел у окна до рассвета, слушал город и редкий трамвай, не просил у судьбы повторений, не пытался вернуть.
Не всегда нужен громкий финал, не всегда кто-то должен быть прав.
Иногда две уставшие