Верните люди мне СССР.
Сто двадцать где была у нас зарплата.
Где каждый мог себе пенсионер
позволить съездить, куда ему надо.
Где школьники были равны,
не понтовались шмотками и папой.
Но не вернуть уже былой поры.
А как сейчас, совсем, поверь, не надо.
Но не вернуть уже былой поры.
А как сейчас, совсем, поверь, не надо.
Квартиры нам давали без кредитов,
не брали ипотеку на сто лет.
И не боялись никаких бандитов.
Боялись потерять лишь партбилет.
Не то, что по соседству мы дружили,
Сто двадцать где была у нас зарплата.
Где каждый мог себе пенсионер
позволить съездить, куда ему надо.
Где школьники были равны,
не понтовались шмотками и папой.
Но не вернуть уже былой поры.
А как сейчас, совсем, поверь, не надо.
Но не вернуть уже былой поры.
А как сейчас, совсем, поверь, не надо.
Квартиры нам давали без кредитов,
не брали ипотеку на сто лет.
И не боялись никаких бандитов.
Боялись потерять лишь партбилет.
Не то, что по соседству мы дружили,